Гейши: сокрытое под шелком кимоно

Идеалы женской красоты в Японии так же уникальны, как и её культура. Красота по-европейски так же похожа на красоту по-японски, как, скажем, «самоходные манекены для одежды», вышагивающие по подиуму бодрым строевым шагом, похожи на грациозных гейш. Между стереотипами массового сознания и высокими идеалами красоты не больше сходства, чем, например, между ситцевыми халатами фабричного производства и изысканными шелковыми кимоно ручной работы. 

КОРПОРАЦИЯ ХАНАМАТИ И ИХ ЗОЛУШКИ

В русский язык слово «гейша» попала из третьих рук и потому в заметно искаженном виде: в Японии таких искусниц называют «гэйся», что можно перевести как «человек искусства». Согласно одной из версий, первоначально это была мужская профессия, которой зарабатывали на жизнь актеры театра. Однако несколько столетий назад они не выдержали конкуренции с женщинами, которым гораздо лучше удавалось развлекать самураев пением, танцами, поэзией и игрой на национальных музыкальных инструментах. 
Феномен гейш быстро сформировал свой профессиональный цех и с течением времени занял прочные позиции в японском обществе. И вовсе не случайно гейш называли и называют ханамати – женщинами-цветами, хотя исторически так когда-то называли улицы в Киото, на которых располагались их общины – окии. 
Даже в первой половине XX века девочек в такие общины продавали их семьи, не имеющие возможности не только дать им хоть какую-то специальность, но даже не имеющие возможности их прокормить. Это достаточно традиционный путь для симпатичных и смышленых девочек из очень бедных или неблагополучных семей. 
Между различными окия существовала довольно жесткая конкуренция за состоятельных клиентов, и потому хозяйки заведений всемерно экономили на всем, на чем это было возможно. Не обходилось и без крайностей. Например, чтобы научить спать на спине, не меняя позы, ученицы подвергались весьма изощренным испытаниям: под подставку, на которой можно было спать, только опираясь на нее затылком или шеей, воспитательницы ставили поднос с рисовой мукой, а утром смотрели, в каком состоянии была эта своеобразная «контрольная полоса». Если во сне девочка всё же касалась головой подноса, то она подвергалась суровому наказанию. Эти навыки вырабатывались вовсе не из-за жестокости наставниц, а из чисто прагматичных соображений: прическа гейш стоила немалых денег, и потому было важно научиться сохранять ее во сне, обычно – в течение многих ночей. 
С этими же проблемами было связано и то, что, казалось бы, такие заурядные вещи, как шпильки для волос, являлись весьма интимными предметами, и потому никогда не только не одалживались, но даже не давались в руки кому-либо другому. Шпильки для гейш были такими же интимными предметами туалета, как, например, нижнее белье для женщин Запада. 
«Золушки» окия безумно завидовали гейшам: те могли спать допоздна, носить шелковые кимоно, проводить время в обществе состоятельных и хорошо воспитанных мужчин, вкусно есть, пить сакэ и заводить романы на стороне… Даже сама хозяйка была вынуждена считаться с их желаниями и пристрастиями. Любой их каприз и любые придирки «золушки» должны были безропотно сносить, мгновенно исполнять, угождать им из всех своих детских сил и оказывать им всемерное уважение, если не сказать ? рабское подобострастие. И потому первой заповедью майко было смирение. Кроме всего прочего, на них была возложена неблагодарная обязанность встречать гейш своего окия, возвращающихся за полночь, помогать им при раздевании, прислуживать за поздним ужином и выполнять любые их капризы. 
Вот только чтобы стать начинающей гейшей, каждой из учениц предстояло пройти долгий и мучительный путь... Но они верили: когда-нибудь обязательно наступит их день, и невзрачные «золушки» вдруг превратятся в красивых бабочек небывало изысканной расцветки. Поэтому и ту неделю, когда молодая девушка готовится стать начинающей гейшей, обитатели окия сравнивали с превращением гусеницы в бабочку. Сравнение поэтичное, но верное. 

ТРАДИЦИИ И ОБЫЧАИ

Малограмотные деревенские девчушки получали неплохое даже по городским меркам образование. Их учили грамоте, поэзии, литературе, каллиграфии, пению, танцам, этикету, игре на различных музыкальных инструментах, учили поддерживать светский разговор, умению грациозно владеть своим телом, неподражаемо носить национальную одежду и обувь, и еще тысяче вещей, которые сделают их неотразимыми и желанными для мужчин. 

Продолжение статьи читайте в журнале Lingvin.com